Мир Иннокентия Анненскогоплюс


Рейтинг@Mail.ru


Открытое цифровое собрание
"Мир Иннокентия Анненского"


 

Анненская хроника



« Обновление 25 июля  | В начало |  Письмо к С. К. Маковскому от 11.07.1909 »


Загадки "Среди миров"

23.07.19 18:00

Мне попалась в руки книжка Веллера "О любви". В начале рассказа "Любит -- не любит" я увидел цитату из самого популярного стихотворения Анненского "Среди миров": "Не потому что от неё светло, а потому что с ней не надо света". Ключевая строчка для 20-летних. Сам был такой -- многозначительно распевал её в общаге в мелодической версии Александра Суханова. С общеупотребимым значением "её" как женщины и с любовным подтекстом. Это же значение вложено в цитату автором книги. Точнее, в цитаты, потому что их в рассказе даже две.

Писателю Веллеру, 20-летним и многим другим всё ясно. Но лирический герой стихотворения от любви отнекивается. О ком же или о чём сочинил эти восемь строк Анненский? Кто или что его "звезда"? Вот первая загадка для тех, кому не всё ясно, кому интересен поэт, а не своё "я" под его прикрытием. Отгадывали её не раз. Перечень вариантов дал О. Ронен в "Иносказаниях": "...иные говорят, что это смерть, другие, что это Stella maris, третьи, что это поэзия, четвертые, что это идеал...". Примечательно, что в его перечне нет женщины. Я с некоторых пор склоняюсь к выбору "третьих", но допускаю что-то ещё, согласно завершению фразы почтенного филолога -- "потому что смысл символа у Анненского, как и положено настоящему символу, неисчерпаем". Да ведь и сам поэт написал в статье "О современном лиризме": "Мне вовсе не надо обязательности одного и общего понимания. Напротив, считаю достоинством лирической пьесы если ее можно понять двумя или более способами или, недопоняв, лишь почувствовать ее и потом доделывать мысленно самому". Может, стихотворение "Среди миров" -- это умышленная и нарочитая игра поэта с читателями в смыслы...

Комментарий А. В. Фёдорова к стихотворению в подготовленном им издании Анненского 1990 г. даёт 2-ю загадку. Он отмечен звёздочкой, что означает наличие варианта в отдельном разделе книги. И сказано, что имеется два автографа в РГАЛИ. Но вариант отсутствует. Эта загадка решается прямым доступом к автографам в архиве, но у меня такой возможности нет, и приходится сохранять неразрешённость. Один из автографов датирован 1901 г., то есть это одно из довольно ранних стихотворений Анненского. 

И в издании 1990 г., и в издании 1959 г. слово "звезда" приводится с большой буквы. Это ещё один момент, который хотелось бы прояснить по автографам РГАЛИ. Может быть, Фёдоров следовал в этом не автографам, а изданию "Кипарисового ларца" 1910 г., подготовленному В. И. Анненским-Кривичем. В нём не только "звезда", но и все заменяющие местоимения ("её", "нея", "ней") с большой буквы. Это "оживляет" объект лирического обращения для читателей и облегчает преобразование звезды в женщину. Но Фёдоров сообщает, что стихотворение "приводится по тексту, опубликованному в книге: «День поэзии», М., 1986 (см.: Марков А. Из коллекции книжника) на основании ранее неизвестного автографа". Этот автограф хранится в РО ИМЛИ, а указанная публикация даёт хорошую его картинку. В нём нет заглавных букв, кроме начальных для строк. Значит, Анненский не нагружал особенным смыслом свою "звезду".



Может, он и вовсе не очень старался в направлении смысла, а старался в направлении музыкальности, романсовости, с учётом ранней датировки одного из автографов. Здесь можно привести мнение В. П. Смирнова из предисловия к изданию Анненского 2000 г. в отношении стихотворения "Среди миров":

"Лирика Анненского всегда, или почти всегда, загадочна. И происхождение этой загадочности коренится не в сложности, шифрованности, смысловой смутности и ускользающих от рационального постижения намеках, а в особой психологической резкости, рождающейся будто из ничего, из словесного праха романсной банальности, каких-то пустячных сцеплений."

"Все по отдельности в этом стихотворении разрушительно для поэзии: псевдозначительность заглавных букв и местоимений, набившие к той поре оскомину «миры» и «светила», сомнительная в своей выспренности «Звезда», убогие «томленья» и «сомненья», жалкие рифмы (светил — любил, ответа — света) — во времена стихотворно-технических новаций и экспериментов. Наконец, чудовищное косноязычие (на восемь строк четыре раза употребленное «потому, что», неповоротливо-тяжкое даже для прозы сочетание)... Все так. Но почему же родился лирический шедевр, перл создания, как говорили в старину? Откуда эта власть, эта правда поэта, мгновенно ставшая нашей правдой?"

Не всё, похоже, по адресу, и не со всем я бы согласился с Владимиром Павловичем. Но в целом 3-я загадка выявлена ярко. Особенно про "нашу правду", выражающуюся в персонификации звезды многими читателями и, прежде всего, слушателями романсовых версий.

С автографом, хранящимся в ИМЛИ, связана и 4-я загадка. Редкий случай для Анненского: он подписал его как свои книги в подарок: место, дата, личная подпись. Царское Село, 3 апреля 1909 года. В это время им писались уже совсем другие стихи. Кому он решил подарить своё старое стихотворение? В связи с чем? И, наконец, 5-я: почему такие ошибки (отмеченные и Фёдоровым)? 

"А потому, чтоБ я томлюсь с другими".
"Не потому, чтоБ от неё светло".

Нет запятых, которые невозможно не поставить. У Анненского такое трудно допустить. Разве что -- торопился?

Столько вопросов на 8 строчек. И это замечательно. Это-то и замечательно. Вот прочитал бы -- и всё ясно. И больше ничего. Но я уверен, что даже у тех, кому всё ясно, остаётся после чтения/слушания что-то ещё, у каждого своё. Своё, но не Анненского, которого хватает всем, нашедшим свой смысл, и ещё остаётся на будущее тем, кто будет искать.

=     =      =      =      =

И ещё о стихотворении "Среди миров".

Поэтических "звёзд" к моменту написания Анненским своих знаменитых строк существовало великое множество, и он наверняка знал о нескольких. И именно в женском обличьи. Вот, например, раннее стихотворение Ф. К. Сологуба -- тоже, кстати, восемь строк:

Не ужасай меня угрозой

Безумства, муки и стыда,

Навек останься легкой грезой,

Не воплощайся никогда,

Храни безмерные надежды,

Звездой далекою светись,

Чтоб наши грубые одежды

Вокруг тебя не обвились.

Тут точно всё ясно. Характерные сологубовские намёки. Но тайны нет, несмотря на плохо представимые "безмерные надежды". А лирическому герою Анненского свойственно сомнение. Вот оно, ключевое слово. Сомнение же -- плод раздумий над узнанным, результат мысли. И когда груз этого плода становится тяжёлым, герой идёт, и не просто идёт, а искать ответа, -- куда? К своей "звезде". Тут и близко нет любовного подтекста с женским обличием.

Так что насчёт "убогого сомненья" не соглашусь с В. П. Смирновым. А с "убогим томленьем" -- соглашусь. Этого "томленья" было предостаточно в лирике того времени, хоть бы у того же Сологуба. Слово было, конечно, избитым. Не зря А. Н. Вертинский в своём романсе, который и сделал стихотворение знаменитым, удачно заменил именно это слово.


= = = = =


Заметки 19.09.2022:


Неожиданно обратил внимание,  что словосочетание "среди миров" появляется в знаменитой песне Б. Ш. Окуджавы "Союз друзей", в начале второй строфы: "Среди совсем чужих миров...".


А недавно я услышал это словосочетание в песне "Цветная" из нового альбома группы "Калинов мост" --  "Холсты". Вариант Дмитрия Ревякина: "Среди расколотых миров..."


Не думаю, что оба автора держали в уме стихотворение Анненского. Скорее всего, словосочетание вписано им в культурный код настолько, что возникает в творческом процессе как бы само по себе, как общая данность.





« Обновление 25 июля  | В начало |  Письмо к С. К. Маковскому от 11.07.1909 »


© М.А. Выграненко, 2013-2022
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS